![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mns20127 / 20 июня Церковь празднует память священномученика Андроника (Никольского), архиепископа Пермского и Кунгурского (†1918)
Священномученик Андроник (Владимир Александрович Никольский) родился 1 августа 1870 года на Ярославской земле ‒ в селе Поводнево под Угличем. Отец его был диаконом. В девять лет он поступил в Угличское духовное училище и успешно закончил его.
Обучаясь в Ярославской семинарии, он принял твердое решение стать монахом. Свое образование Владимир продолжил в Московской духовной академии, где 1 августа 1893 года, по благословению святого праведного Иоанна Кронштадтского, был пострижен в монашество с именем Андроник, в честь святого Апостола от семидесяти, епископа Паннонийского.
Архимандрит Андроник (Никольский)
Окончив в 1895 году Академию со степенью кандидата богословия, он был рукоположен во иеромонаха. В течение десяти лет будущий святитель последовательно проходит церковные послушания на Северном Кавказе, в Японии, в Уфе. 5 ноября 1906 года архимандрит Андроник был хиротонисан в епископа Киотского и назначен помощником архиепископа Японского Николая (Касаткина). Вторично приехав в Японию, он за короткое время сумел создать там православную общину.
С 1908 года владыка Андроник трудится на ниве Христовой в сане викарного епископа Тихвинского, в 1913 году назначается архипастырем в Омск, 30 июля 1914 года ‒ на Пермскую кафедру.
Куда бы ни направляло его церковное священноначалие, он везде первым делом налаживал церковную жизнь, посвящал много времени устройству миссионерских кружков, лекций и духовных бесед, книжных лавок и библиотек. Все свои средства жертвовал на помощь беднякам, в приюты и богадельни. Он был награжден многими орденами, но никогда их не надевал. Всегда строго постился, проводил в молитве целую ночь перед тем, как служить литургию. Его жизнь была образцом древнего благочестия.
Во время первой мировой войны владыка открывает у себя в епархии лазареты для раненых и сам часто посещает находившихся в них воинов. Летом 1916 года он отправился к фронту в Царскую Ставку, где был принят Государем. Святитель предупреждал народ об опасности внутреннего врага, который опаснее внешнего. В 1916 году в Пермской епархии были созданы особые миссионерские курсы по обличению нового социалистическо-коммунистического лжеучения. «Долг совести верноподданного и безграничная любовь к Отечеству не дают мне молчать», — говорил святитель.
После февральского переворота 1917 года владыка, узнав об отречении Императора, 5 марта в Спасо-Преображенском кафедральном соборе при огромном стечении народа на Литургии после чтения Евангелия с великой душевной болью сказал: «Не стало у нас Царя... и Церковь не смеет провозгласить эту святыню Русского народа, всех объединяющую во единого соборного человека... Все как один человек, в эту грозную пору устоим в ровности духа и далее со Христом единодушно, согласно и мирно да пребываем все в это трудное время, возложенное на нас как испытание. Пусть всякий знает: Отечество в Опасности; оно потрясено в основах своих».
Епископ Андроник участвовал в работе Священного Собора Российской Православной Церкви 1917–1918 годов, входя в состав Издательского отдела и и являясь председателем Отдела о правовом и имущественном положении духовенства.
С февраля 1918 года, после опубликования большевицкого декрета об отделении Церкви от государства и школы от Церкви, начались бесчинства и зверства со стороны властей по отношению к Церкви. Владыка возвратился на кафедру, где продолжал обличать безбожную власть как разбойников, бесстыдно обманывающих народ. Тысячи людей — даже совершенно неверующих ‒ шли послушать мужественное слово святителя.
Близкие уговаривали владыку скрыться, боясь его ареста, но он сказал, что готов принять смерть за Христа и паствы не оставит. Вверив себя Божиему Промыслу, он, спокойно ожидая ареста, ежедневно исповедовался и причащался.
В те бедственные дни многие потеряли надежду на духовное возрождение обманом завоеванной Руси. «Стоном стонет наш народ, ‒ пророчески укреплял свою паству владыка. ‒ Но воскреснет погибающая в прахе и пепле Россия родимая».
После первой неудачной попытки арестовать святителя большевики решились на крайние меры. Город объявили на военном положении. Далеко за полночь отряд чекистов подошел к собору и несколько человек, поднявшись к владыке, бодрствовавшему вместе с двумя священниками, увели его. Внезапно с соборной колокольни ударили в набат, остановленный двумя выстрелами в бесстрашного прихожанина, пытавшегося поднять народ. Набат был услышан и к зданию милиции стали спешно подтягиваться люди, требуя освободить владыку Андроника. Возмущение людей было подавлено с помощью силы.
6 июня 1918 года состоялся допрос архиепископа. Святитель Андроник молча занял одно из кресел возле письменного стола и долго не отвечал ни на один вопрос. Затем снял панагию, завернул ее в большой шелковый лиловый платок, положил перед собой на письменный стол и, обращаясь к следователям, сказал: «Мы враги открытые, примирения между нами быть не может. Если бы я не был архипастырем и была необходимость решать вашу участь, то я, приняв грех на себя, приказал бы вас повесить немедленно. Больше нам разговаривать не о чем». Сказав это, он неспешно развернул платок, надел панагию, спокойно поправил ее на груди и, весь погрузившись в молитву, не проронил более ни слова.
В ночь на 7 июня палачи отвезли архипастыря в лес по Сибирскому тракту и на участке у дороги из Перми на Мотовилиху (ныне район в черте города) заставили вырыть себе могилу, грозя закопать его живым. Закончив работу, владыка минуть десять помолился, поклонился на четыре стороны света, и лег в свое последнее пристанище. Его тут же начали закапывать заживо. Священномученик не подавал признаков жизни. Несколькими выстрелами чекисты закончили свою «работу адову».
Поместный Собор Российской Православной Церкви направил в Пермь особую комиссию для расследования убийства архиепископа Андроника. Она состояла из Черниговского архиепископа Василия (Богоявленского), члена Синода Алексия Зверева и ректора местной Духовной семинарии архимандрита Матфея. Советская власть дала ей возможность произвести следствие и выехать до Камского железнодорожного моста, где поезд был остановлен и члены комиссии убиты ворвавшимися в вагон красноармейцами. Произошло это 1/14 августа 1918 года. Все три члена комиссии вместе с архиепископом Андроником прославлены в лике Новомучеников и Исповедников Церкви Русской Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 2000 году.
Священномученик Андроник (Владимир Александрович Никольский) родился 1 августа 1870 года на Ярославской земле ‒ в селе Поводнево под Угличем. Отец его был диаконом. В девять лет он поступил в Угличское духовное училище и успешно закончил его.
Обучаясь в Ярославской семинарии, он принял твердое решение стать монахом. Свое образование Владимир продолжил в Московской духовной академии, где 1 августа 1893 года, по благословению святого праведного Иоанна Кронштадтского, был пострижен в монашество с именем Андроник, в честь святого Апостола от семидесяти, епископа Паннонийского.
Архимандрит Андроник (Никольский)
Окончив в 1895 году Академию со степенью кандидата богословия, он был рукоположен во иеромонаха. В течение десяти лет будущий святитель последовательно проходит церковные послушания на Северном Кавказе, в Японии, в Уфе. 5 ноября 1906 года архимандрит Андроник был хиротонисан в епископа Киотского и назначен помощником архиепископа Японского Николая (Касаткина). Вторично приехав в Японию, он за короткое время сумел создать там православную общину.
С 1908 года владыка Андроник трудится на ниве Христовой в сане викарного епископа Тихвинского, в 1913 году назначается архипастырем в Омск, 30 июля 1914 года ‒ на Пермскую кафедру.
Куда бы ни направляло его церковное священноначалие, он везде первым делом налаживал церковную жизнь, посвящал много времени устройству миссионерских кружков, лекций и духовных бесед, книжных лавок и библиотек. Все свои средства жертвовал на помощь беднякам, в приюты и богадельни. Он был награжден многими орденами, но никогда их не надевал. Всегда строго постился, проводил в молитве целую ночь перед тем, как служить литургию. Его жизнь была образцом древнего благочестия.
Во время первой мировой войны владыка открывает у себя в епархии лазареты для раненых и сам часто посещает находившихся в них воинов. Летом 1916 года он отправился к фронту в Царскую Ставку, где был принят Государем. Святитель предупреждал народ об опасности внутреннего врага, который опаснее внешнего. В 1916 году в Пермской епархии были созданы особые миссионерские курсы по обличению нового социалистическо-коммунистического лжеучения. «Долг совести верноподданного и безграничная любовь к Отечеству не дают мне молчать», — говорил святитель.
После февральского переворота 1917 года владыка, узнав об отречении Императора, 5 марта в Спасо-Преображенском кафедральном соборе при огромном стечении народа на Литургии после чтения Евангелия с великой душевной болью сказал: «Не стало у нас Царя... и Церковь не смеет провозгласить эту святыню Русского народа, всех объединяющую во единого соборного человека... Все как один человек, в эту грозную пору устоим в ровности духа и далее со Христом единодушно, согласно и мирно да пребываем все в это трудное время, возложенное на нас как испытание. Пусть всякий знает: Отечество в Опасности; оно потрясено в основах своих».
Епископ Андроник участвовал в работе Священного Собора Российской Православной Церкви 1917–1918 годов, входя в состав Издательского отдела и и являясь председателем Отдела о правовом и имущественном положении духовенства.
С февраля 1918 года, после опубликования большевицкого декрета об отделении Церкви от государства и школы от Церкви, начались бесчинства и зверства со стороны властей по отношению к Церкви. Владыка возвратился на кафедру, где продолжал обличать безбожную власть как разбойников, бесстыдно обманывающих народ. Тысячи людей — даже совершенно неверующих ‒ шли послушать мужественное слово святителя.
Близкие уговаривали владыку скрыться, боясь его ареста, но он сказал, что готов принять смерть за Христа и паствы не оставит. Вверив себя Божиему Промыслу, он, спокойно ожидая ареста, ежедневно исповедовался и причащался.
В те бедственные дни многие потеряли надежду на духовное возрождение обманом завоеванной Руси. «Стоном стонет наш народ, ‒ пророчески укреплял свою паству владыка. ‒ Но воскреснет погибающая в прахе и пепле Россия родимая».
После первой неудачной попытки арестовать святителя большевики решились на крайние меры. Город объявили на военном положении. Далеко за полночь отряд чекистов подошел к собору и несколько человек, поднявшись к владыке, бодрствовавшему вместе с двумя священниками, увели его. Внезапно с соборной колокольни ударили в набат, остановленный двумя выстрелами в бесстрашного прихожанина, пытавшегося поднять народ. Набат был услышан и к зданию милиции стали спешно подтягиваться люди, требуя освободить владыку Андроника. Возмущение людей было подавлено с помощью силы.
6 июня 1918 года состоялся допрос архиепископа. Святитель Андроник молча занял одно из кресел возле письменного стола и долго не отвечал ни на один вопрос. Затем снял панагию, завернул ее в большой шелковый лиловый платок, положил перед собой на письменный стол и, обращаясь к следователям, сказал: «Мы враги открытые, примирения между нами быть не может. Если бы я не был архипастырем и была необходимость решать вашу участь, то я, приняв грех на себя, приказал бы вас повесить немедленно. Больше нам разговаривать не о чем». Сказав это, он неспешно развернул платок, надел панагию, спокойно поправил ее на груди и, весь погрузившись в молитву, не проронил более ни слова.
В ночь на 7 июня палачи отвезли архипастыря в лес по Сибирскому тракту и на участке у дороги из Перми на Мотовилиху (ныне район в черте города) заставили вырыть себе могилу, грозя закопать его живым. Закончив работу, владыка минуть десять помолился, поклонился на четыре стороны света, и лег в свое последнее пристанище. Его тут же начали закапывать заживо. Священномученик не подавал признаков жизни. Несколькими выстрелами чекисты закончили свою «работу адову».
Поместный Собор Российской Православной Церкви направил в Пермь особую комиссию для расследования убийства архиепископа Андроника. Она состояла из Черниговского архиепископа Василия (Богоявленского), члена Синода Алексия Зверева и ректора местной Духовной семинарии архимандрита Матфея. Советская власть дала ей возможность произвести следствие и выехать до Камского железнодорожного моста, где поезд был остановлен и члены комиссии убиты ворвавшимися в вагон красноармейцами. Произошло это 1/14 августа 1918 года. Все три члена комиссии вместе с архиепископом Андроником прославлены в лике Новомучеников и Исповедников Церкви Русской Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 2000 году.
